Орел против дракона. Как конфликт между США и Китаем скажется на Узбекистане

По мнению политолога Фархода Толипова, странам Центрально-Азиатского региона будет сложно реагировать на внешнеполитические вызовы в одиночку

ФОТО: Dan Kb / Unsplash

Дипломатические и экономические отношения между США и Китаем переживают не лучшие времена. Торговая война, пандемия коронавируса, протесты в Гонконге и последовавшее давление Вашингтона на Пекин не нормализуют отношения, а приводят к дальнейшей эскалации конфликта.

Ранее, как писал Forbes.uz, министр иностранных дел Китая Ван И в ходе встречи Национального народного конгресса в Пекине обвинил политические силы США в том, что они подталкивают отношения между странами к новой холодной войне.

Директор негосударственного научного учреждения «Караван знаний» Фарход Толипов полагает, что продолжение конфликта между США и Китаем будет тлеющим:

Фарход Толипов
ФОТО: из личного архива
Фарход Толипов

— Судя по содержанию недавно принятой новой центральноазиатской стратегии США, геополитическое соперничество между двумя странами будет продолжено. Визит госсекретаря Майка Помпео в Казахстан и Узбекистан в феврале 2020 высветил эту проблему с новой силой. Нынешняя критика со стороны Вашингтона в адрес Пекина в связи с COVID-19 показала близость позиций демократов и республиканцев в этом вопросе. США, как видно, собираются выставить многомиллиардный счет Китаю, обвиняя его в распространении коронавируса. Это напряжение между двумя государствами лишь возросло на фоне продолжавшейся еще до пандемии «торговой войны» между ними.

По словам эксперта, история американо-китайских отношений со времен правления в КНР Мао Цзэдуна показывает, что между Вашингтоном и Пекином всегда существовало взаимное недоверие и напряжение: в разные периоды — разной степени остроты.

— Понятие «желтая угроза» (yellow peril) по отношению к Китаю было придумано в американских аналитических и официальных кругах. Причем улучшение или ухудшение этих отношений всегда содержало геополитическую коннотацию, как, например, сближение США и КНР в годы правления Ричарда Никсона в целях создания противовеса СССР. С учетом постоянства фактора геополитики в международных отношениях, думаю, что сдерживание Китая в политике США остается стратегически важным в длительной перспективе, пока не будут созданы эффективные правовые и институциональные основы нового мирового порядка.

Но и Китай уже превратился в мировую державу, отметил Толипов, и не может смириться с теми правилами игры на мировой арене, которые были созданы без его участия при доминировании Запада. Поэтому Пекин стремится изменить основы мирового порядка с учетом своих национальных интересов. Это признают не только ведущие аналитики США, но и политические круги.

— Глобальная инициатива Си Цзиньпиня «Один пояс, один путь» уже вызывает настороженность в США, которые на этом фоне стремятся создать определенные противовесы этой инициативе.

США и КНР — не единственные державные игроки в центральноазиатском театре мировой политики, также не стоит забывать о ЕС и России. И если позиции Брюсселя и Вашингтона во многом близки в этом регионе, то у Москвы и Пекина они отличаются.

— Если ЕС и США можно рассматривать как союзников, то Россия и КНР не являются таковыми, у Москвы и Пекина «союзничество» носит ad-hoc характер — против влияния и доминирования Запада как в мировой политике, так и в Центральной Азии.

В этих условиях государствам Центральной Азии, по мнению Фархода Толипова, будет нелегко реагировать в одиночку на геополитические вызовы и тренды. Индивидуально страны не смогут выдвинуть свои альтернативы великодержавным амбициям. Поэтому им следует искать и вырабатывать совместные ответы на эти вызовы и тренды.

— Многое будет зависеть, с одной стороны, от эффективности реализации Вашингтоном новой центральноазиатской стратегии, а с другой — от того, как успешно Пекин будет продвигать свою инициативу «Один пояс, один путь».

Отвечая на вопрос о том, будут ли США или Китай вовлекать Узбекистан и страны Центральной Азии в свою орбиту противостояния, эксперт отметил, что обе страны всегда к этому стремились.

— Еще с 1990-х годов Узбекистан по ряду объективных признаков рассматривался США ключевым государством региона. Значение Узбекистана возросло в связи с приходом к власти нового президента, который инициировал масштабные реформы. Недавнее критическое заявление министра торговли США Уилбура Росса по поводу возможного вступления страны в ЕАЭС также отражает это видение Узбекистана в американском руководстве, — отметил спикер.

Вряд ли можно найти другой такой регион в мире, где бы так выпукло и замысловато проявился «геополитический треугольник» США—Россия—КНР, добавил собеседник.

— В 2005 году первый президент Узбекистана Ислам Каримов говорил о геополитической неопределенности, сложившейся в Центральной Азии, и о том, что трудно отчетливо представить интересы великих держав, которые пересекаются в этом регионе. Во многом это утверждение актуально и сегодня. Все это обусловливает необходимость выработки новой стратегии Узбекистана совместно с соседями по региону, по отношению к мировым державам на основе преодоления «комплекса малого государства» и создания в регионе зоны, свободной от геополитического доминирования.

 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
803 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить