Первый шаг? Что даст Узбекистану статус наблюдателя в ЕАЭС

Своим мнением поделился с читателями Forbes.uz известный казахстанский политолог Досым Сатпаев

ФОТО: Баходир Саидов / Forbes Uzbekistan

Как сообщал Forbes.uz, Законодательная палата одобрила вступление Узбекистана в ЕАЭС в статусе наблюдателя. «За» проголосовали 82 депутата, «против» — 32, воздержались 14, теперь этот вопрос должен рассмотреть Cенат.

Споры о том, нужно ли Узбекистану вступать в ЕАЭС, ведутся с 2019 года. У этого процесса есть и сторонники, которые считают, что это даст стране преимущества, и противники, которые опасаются чрезмерного влияния России.

Пространство для маневра

— Получение Узбекистаном статуса наблюдателя не говорит о том, что в ближайшее время страна станет полноценным членом ЕАЭС. Скорее всего, получение такого статуса является неким компромиссом. Не секрет, что еще Ислам Каримов категорически высказывался против участия Узбекистана в этой организации, потому что считал, что этот проект больше геополитический, где будет доминировать Россия, а это в свою очередь может ущемлять определенные экономические интересы и суверенитет Узбекистана. С 2014 года те, кто внимательно следит за деятельностью этой организации, действительно стали наблюдать большое количество разногласий в ней, — отметил казахстанский политолог, директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев.

Досым Сатпаев
ФОТО: Андрей Лунин
Досым Сатпаев

Эксперт отметил, что ЕАЭС — организация с большим количеством внутренних проблем, и разногласия между участниками наблюдаются из год в год.

—  Одним из главных вирусов, который изначально заразил ЕАЭС, является взаимное недоверие. Ситуацию усугубила война санкций между Россией и Западом, которая породила новые обвинения со стороны Москвы в адрес Беларуси и Казахстана по поводу реэкспорта санкционных товаров. Хотя нередко за этими обвинениями часто скрывалось желание России защитить свой рынок. Это также создавало множество препятствий в виде нетарифных методов регулирования со стороны России. В результате Минск чуть ли не каждый год бросает обвинения в адрес Москвы по поводу нарушений принципов функционирования ЕАЭС. А в начале 2017 некоторые депутаты нижней палаты парламента Казахстана заявили о нарушении справедливой конкуренции в рамках ЕАЭС, где другими странами создаются барьеры для казахстанского бизнеса на едином рынке.

Одновременно, напомнил спикер, и Кыргызстан считает, что и Казахстан создает искусственные препятствия для экспорта кыргызской продукции.

— Недавно президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков на рабочей встрече в формате видеоконференции с главами государств ЕАЭС также заявил, что ограничительные меры не должны превращаться в экономическую изоляцию, так как единый рынок ЕАЭС должен функционировать без барьеров, ограничений и изъятий. Естественно, что Ташкент внимательно наблюдал за постоянными взаимными перепалками между членами ЕАЭС, которые обвиняют друг друга в нарушении правил функционирования союза, а также в протекционизме, — полагает политолог.

По его мнению, все это стало сигналом Ташкенту к тому, чтобы не прыгать в омут с головой, становясь сразу полноправным членом ЕАЭС, а присмотреться к этой организации, проанализировать все плюсы и минусы:

— Даже Таджикистан, о котором говорили как о потенциальном участнике ЕАЭС, взял довольно длительную паузу, заявив, что будет внимательно изучать опыт Армении и Кыргызстана. Судя по всему, количество минусов в этом опыте явно перевесило плюсы. Конечно, оптимисты заявляют, что вступление Узбекистана в ЕАЭС приведет к снижению таможенных пошлин для узбекского экспорта в Россию. Но примерно об этом говорили и во время вступления Казахстана, Беларуси или Кыргызстана в ЕАЭС. Поэтому никто не даст гарантий, что после вхождения Узбекистана в ЕАЭС у этой республики не возникнут аналогичные проблемы с экспортом своей продукции, учитывая, что в России после введения антироссийских санкций сделали ставку на импортозамещение и поддержку собственного бизнеса, что автоматически увеличило протекционистские меры.

Все это, по словам эксперта, является причиной того, что руководство Узбекистана не поддалось определенному давлению со стороны России, которое в последний год особенно усилилось. Москва явно хотела, чтобы Узбекистан сразу вошел в ЕАЭС в качестве полноценного члена. Но сам факт того, что Ташкент избрал статус наблюдателя, — это компромисс, который дает широкое поле для маневров. В частности, этот статус не превращает Узбекистан в заложника «войны санкций», в которой участвует Россия и от которой страдают другие члены ЕАЭС.

— С другой стороны, Шавкат Мирзиёев с момента своего прихода к власти пытается активно восстановить партнерские отношения со многими соседями по Центральной Азии и крупными геополитическими игроками, в том числе и с Россией. При Исламе Каримове отношения Узбекистана с Россией были неровные, и для нынешнего руководителя сейчас важно иметь партнерские взаимодействия с Москвой. Поэтому получение статуса наблюдателя в ЕАЭС — это узбекский компромисс и в том плане, что является неплохим фоном для подготовки визита Шавката Мирзиёева с официальным визитом в Россию, — подчеркнул политолог.

Досым Сатпаев сомневается, что руководство Узбекистана совершит ошибку и в скором времени вступит в ЕАЭС в качестве полноправного члена, как это в свое время сделал Казахстан, который слишком быстро и ускоренно участвовал в создании организации, не просчитав все плюсы и минусы. Это было связано с тем, что бывший президент Казахстана Нурсултан Назарбаев рассматривал создание ЕАЭС как свой личный имиджевый внешнеполитический проект. Но сейчас многие представители казахстанского бизнеса довольно скептически относятся к этому объединению, видя попытки России использовать ЕАЭС как часть политики по «собиранию земель» после развала СССР. Неудивительно, что недавно президент России Владимир Путин снова поднимал тему Советского Союза, подчеркивая, что постсоветские страны многое потеряли от его развала.

— Статус наблюдателя в ЕАЭС дает Узбекистану больше свободы. В частности, это дает возможность быть в курсе всех тех решений, которые принимаются в рамках ЕАЭС, кроме тех, которые имеют конфиденциальный характер. При этом Узбекистан, даже не будучи членом ЕАЭС, наращивает довольно активные торговые отношения практически со всеми странами — участниками этой организации, в том числе со своими соседями — Казахстаном и Кыргызстаном. С Казахстаном даже была заключена договоренность о создании своего аналога центральноазиатского Шенгена. Что касается России, то даже без участия Узбекистана в ЕАЭС в республике уже осуществляют деятельность около 1 200 предприятий с участием российского капитала.

А есть ли плюсы?

Конечно, если бы Узбекистан стал полноценным членом ЕАЭС, это создало бы более комфортные условия для узбекских трудовых мигрантов в России и Казахстане. Они могли быть лучше защищены с точки зрения трудового законодательства. Судя по всему, основные доводы российской стороны в переговорах с Узбекистаном шли в том числе вокруг этих «плюсов», которые, если приглядеться, на самом деле являются «минусами», уверен Досым Сатпаев. Исходя из перспектив Узбекистана, политолог сомневается, что республика должна рассматривать себя только в качестве поставщика дешевой неквалифицированной рабочей силы на трудовой рынок России или Казахстана.

—  Статус страны — поставщика гастарбайтеров указывает на то, что внутри этой страны существуют неразвитый рынок труда, высокая безработица, слабая экономика и низкий уровень жизни, который приводит к утечке рабочих рук и мозгов, — перечислил собеседник. — И если членство в ЕАЭС для Узбекистана будет иметь плюсы только в увеличении трудовой миграции в Россию или Казахстан, а также приведет к росту денежных переводов от мигрантов, то страна так и застрянет в роли поставщика дешевой рабочей силы, не повысив качество собственного «человеческого капитала», а также производительность и квалификацию трудовых ресурсов.

Это, по его мнению, поставит крест на всех попытках Шавката Мирзиёева провести модернизацию экономики:

— Если Узбекистан видит себя конкурентоспособным государством, он должен развивать человеческий капитал, повышать уровень квалификации своих граждан для уменьшения оттока молодых людей за рубеж.

Что скажут другие? 

Отвечая на вопрос о том, как отреагируют крупные мировые игроки на складывающуюся ситуацию, эксперт отметил, что США, с одной стороны, довольно негативно относятся к деятельности ЕАЭС, видя в этом геополитический проект России. В прошлом году, когда появились первые заявления российской стороны о вхождении Узбекистана в ЕАЭС, министр торговли США Уилбур Росс даже заявил, что это присоединение может усложнить процесс вступления Узбекистана в ВТО. При этом другие члены ЕАЭС, такие как Кыргызстан, Казахстан и Россия, также являются членами ВТО. Поэтому получение статуса наблюдателя Узбекистаном в ЕАЭС вряд ли осложнит переговорный процесс по поводу вхождения республики во всемирную торговую организацию.

Кстати, напомнил политолог, Узбекистан уже призвал США вывести страну из-под действия поправки «Джексона—Вэника», а также предоставить дополнительные преференции стране при вступлении в ВТО. Поправка «Джексона—Вэника» была принята в США еще во времена «холодной войны» и была направлена против Советского Союза, который обвиняли в отсутствии либерального эмиграционного режима. В результате были введены санкции, в основном касавшиеся ограничения допуска на американский рынок. После развала СССР и появления независимых государств эта поправка не была отменена, хотя она противоречит правилам ВТО по обеспечению режима наибольшего благоприятствования в торговле.

С другой стороны, для США сейчас важно активизировать свое взаимодействие с Узбекистаном, и поэтому статус наблюдателя в ЕАЭС не вызовет негативной реакции в Вашингтоне, где также понимают, что это компромиссный вариант, который может устроить всех. Этот вариант не будет угрожать интересам США в Центральной Азии, тем более что Узбекистан также активно поддерживает американский формат взаимодействия со странами региона «С5+1» (5 стран Центральной Азии и США), первая встреча в рамках этого формата была проведена именно в Узбекистане.

Отмечая дальнейшие шаги Китая, Сатпаев отметил, что Пекин вполне устраивает ситуация, когда Узбекистан является членом ШОС и при этом активно участвует в проекте «Один пояс, один путь». Кстати, одной из причин, почему Россия активно лоббировала вхождение Узбекистана в ЕАЭС, было то, что России все меньше нравится чрезмерная инвестиционная и экономическая активность Китая в Центральной Азии на двусторонней основе, а также в рамках проекта «Один пояс, один путь».

— При этом важно понимать, что в отличие от Кыргызстана, Таджикистана или Туркменистана Узбекистан смог сохранить определенную дистанцию от Китая, не являясь его крупным должником. Еще при Исламе Каримове страна старалась диверсифицировать свои внешнеполитические и экономические связи, — сказал эксперт.

Официальный Пекин, по словам политолога, не делает жестких и публичных заявлений геополитического характера, особенно если речь идет о постсоветском пространстве. Это очень деликатная сфера, и Китай старается работать осторожно, пытаясь усилиться экономически, чтобы в будущем заявить о себе в военно-политическом плане.

— Сейчас Китай будет активно закреплять свои позиции в Центральной Азии как экономический игрок, и здесь у России меньше экономических возможностей. Сам ЕАЭС не сильно беспокоит Пекин, потому что он тоже видит проблемы внутри организации, которая напоминает бумажного тигра.

Что касается ЕС, то многие европейские страны сейчас не сильно сконцентрированы на Центральной Азии. Тем более что внутри самого Евросоюза возникло немало своих трудностей, начиная с BREXIT и заканчивая колоссальными экономическими проблемами, которые возникнут в связи с пандемией коронавируса. В то же самое время, если Узбекистан получит статус наблюдателя ЕАЭС, это вряд ли вызовет серьезные проблемы в отношениях со многими европейскими странами, тем более что Узбекистан, не являясь членом ЕАЭС, не будет страдать от войны санкций России с Западом. В то же самое время для ЕС стратегическим партнером в Центральной Азии является пока не Узбекистан, а Казахстан, куда вложены довольно крупные европейские инвестиции и откуда активно импортируется нефть.

— Но за последние несколько лет мы видим наращивание политических и экономических связей между Узбекистаном и отдельными европейскими странами, — признал спикер.

В заключение Сатпаев добавил, что серьезный упор во внешней политике Узбекистана делается на сохранении геополитического и геоэкономического баланса. И поддержанию этого баланса Ташкент должен уделять повышенное внимание, чтобы не класть все яйца в одну корзину.

 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
2656 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить